jurikan (jurikan) wrote,
jurikan
jurikan

Юрий Комягин: Как я чуть не подорвал белорусские духовные скрепы

ЛИРИКО-ДРАМАТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ОДНОГО СТИХОТВОРЕНИЯ

В такой же приятный июльский день, только несколько десятилетий назад, я взял да и написал одно стихотворение. Точнее, пародию на стихотворение другого автора. Милая девушка и лирическая поэтесса Наталья Лисовская сочинила следующее:
Я из дому пораньше убегу...
В лесной глуши я встречусь тет-а-тет...
И лоскуток березовой коры
Я унесу, как самое святое.



Трудно представить жизнь белорусов (и белорусок, конечно, тоже) без задушевных разговоров под рюмочку-другую на кухне. Или вот в бане.
Фото: Гугл


Я вообще с усмешкой отношусь ко всяким разным "уси-пуси" в стихотворных строчках. К стихам, например, из серии "Я иду по росе, я в ней ноги мочу. Я такой же, как все. Я кой-чего такого пикантного хочу". Нет, если автор подбирает такие слова, придумывает такой образ, то тут я, конечно, застываю в немом восторге. Допустим, один поэт в вологодском районном городке Бабаево (я там бывал несколько раз, городок... о-о, впрочем, ладно) накропал чудесный стих, первую строфу из которого я даже переложил на язык Янки Купалы:
Я буду ровар гнаць у далёкі край,
Сярод лугоў спынюсь раптоўна я.
Тут столькі кветак, толькі іх збірай,
Усе для цябе, мая каханая.

Узнали? Хоть и цветы, хоть и луга - а сколько поэтической прелести. Лирический же герой Натальи Лисовской куда-то чего-то там с рання бежал, да еще и березу ободрал зачем-то. Спрашивается, зачем? Березка-то в чем виновата? Короче, издевательство над деревом меня и подтолкнуло. Да еще жаркий июль навеял. Получилось следующее:

Я из дому пораньше убегу,
Пока родители в рассветных снах витают,
И по заветной тропке на лугу
Пойду туда, где звезды утром тают.

В лесной глуши я встречусь тет-а-тет
С ним, дорогим, кто душу согревает,
И ласково шепну ему: "Привет!",
А он меня, конечно же, узнает.

И снова я пойму в который раз,
Что в этом мире ничего не стою.
И самогон, отмерянный на глаз,
Я унесу, как самое святое.


Лежала у меня эта пародия в одной из папок, несколько раз я ее зачитывал на творческих встречах с читателями. Так это все и осталось бы моим сугубо приватным делом. Но нет. Как-то я пересекся с земляками, которые готовили к изданию литературный сборник. "Слушай чувак, - сказали они мне, - дай и ты свое, может, юморное что-нибудь есть".
Юморное, безусловно, было, но, как бы это помягче сказать, не для печати. И тут я вспомнил про эту самую пародию. Ребята обрадовались и действительно мой шедевр в книге поместили. Авторов в этом сборнике расставили в алфавитном порядке, я болтался где-то в середине, а после меня шел товарищ по фамилии, ну, допустим, Лапуть. Этот самый Лапуть внимательно, с карандашиком в руках, прочитал весь сборничек и таки-да, обнаружил идеологическую крамолу. В лице моей скромной пародии. Недолго думая, радетель нравственной чистоты, выполняя, как говорится, свой гражданский долг, взял лист бумаги и накатал в районную администрацию, по заказу которой, собственно, и вышла книжка, письмецо. В нем мой "коллега" по перу вопрошал, как это на страницы прекрасного издания проник такой незрелый, более того, идеологически вредных стих. Ведь его автор (то есть я) покушается на духовные скрепы, которые скрепляют белорусский народ и докатился до того, что в качестве самого святого для белоруса называет самогон, да еще и восхищается этим.
Письмо тов. Лапутя прочитали и задумались. Может, в самом деле имела место быть самая настоящая идеологическая диверсия.
Тут мне случилось приехать на историческую родину, где я пересекся с одним из составителей сборника и от него узнал про драматические изгибы моей скромной пародии. Лицо составителя выражало некоторое страдание. "Может, этот самый Лапуть не понял, что это пародия, а строчки Лисовской принял за эпиграф?" - высказал я осторожное предположение. "А это точно пародия?" - "Ну, конечно". - "Слава Богу". Кажется, на этом все и завершилось.
Автор донесения в органы власти не заметил, как он перескочил из одного временного пласта в другой. Если бы вся история случилась в брежневские, а тем паче, в сталинские времена... тогда бы мне, пожалуй, не поздоровилось. Дома я внимательно посмотрел биографию Лапутя, опубликованную в том же сборнике. Оказывается, поэт и доносчик по совместительству родился еще в 1938 г. Вот откуда генетическая склонность к сигнализированию. Наш боевой информатор учился в школе и культпросветучилище, в музучилище и в педагогическом институте. Потом долгое время трудился учителем в школе. Написал множество стихов (а доносов, видимо, не меньше). Сколько сей воспитатель человеческих душ покорежил судеб, в биографических данных поэта не указывалось. А насчет самогона он, похоже, прав. Это одна из духовных скреп, объединяющих белорусов.

Tags: Стихи
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo jurikan september 4, 2017 12:05 3
Buy for 10 tokens
В 1901 году в семье Коноваловых в селе Хрущево нынешней Орловской области произошло радостное событие - на свет появился мальчик, которого нарекли Алексеем. Вот о нем и пойдет речь в сегодняшней публикации. Алексей Андрианович Коновалов прожил, как раньше любили писать, яркую, насыщенную событиями…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments