jurikan (jurikan) wrote,
jurikan
jurikan

Category:

Юрий Комягин: Гитлера должны были устранить до 6 утра 22 июня 1941 года

Нет, не случайно эта книга попала мне в руки накануне 75-летия нападения гитлеровской Германии на Советский Союз. Я говорю о документальном исследовании Андрея Мелехова "1941: КОЗЫРНАЯ КАРТА ВОЖДЯ - почему Сталин не боялся нападения Гитлера?" (м., 2012) А ведь действительно, почему? Не верил, что Гитлер пойдет на такой самоубийственный шаг? Но многочисленные сообщения из разных источников свидетельствовали об обратном.






А. Мелехов изучил множество литературы и пришел к очень любопытному выводу. Предлагаю вашему вниманию несколько цитат из его работы:

"Если Сталин, прекрасно зная о предстоящем германском вторжении, ничуть не ждал и не боялся его, то в таком случае он считал, что в его распоряжении имелся абсолютно гарантированный способ (подчеркнуто Андреем Мелеховым - Ю. К.) это вторжение, если не предотвратить полностью, то как минимум, остановить практически сразу же после его начала. Лишь обладая такой железной уверенностью, только держа в кармане грандиозную, неперебиваемую, окончательную дулю, Иосиф Виссарионыч мог плевать на любые тревожные донесения. Определевшись с этим, я пошел дальше и задался вопросом: а что, собственно, могло послужить подобгным "железным аргументом"? Что могло - хотя бы теоретически - заставить остановиться как вкопанную несокрушимую машину Вермахта?"

Задав простой вопрос, Андрей Мелехов дает простой, вразумительный и четкий ответ:

"Единственным с моей точки зрения, способом гарантированно предотвратить немецкое вторжение или остановить его сразу же после начала могло быть ФИЗИЧЕСКОЕ УСТРАНЕНИЕ ФЮРЕРА НЕМЕЦКОЙ НАЦИИ (выделено А. Мелеховым - Ю. К.)".

И действительно, нет Гитлера - нет агрессивной нацистской Германии. Все предельно ясно и понятно. Опять же, такой логичный момент. Если армия и флот в спешном порядке готовились в 1941 г. отразить германскую агрессию, то как к этому делу готовились советские спецслужбы? Почесав в затылке, приходишь к однозначному выводу: попытались бы устранить Гитлера, потому что эта акция радикально поменяла бы ситуацию, резко снизила бы опасность для СССР.
Собственно, вся книга А. Мелехова посвящена этой версии. Автор азартен,страстен и своей страстью заражает читателя, собрал массу интересной информации. Единственное, что его гложет:

"Я не знаю, удастся ли мне или кому-то другому когда-нибудь обнаружить прямые доказательства подготовки, попытки осуществления и провала операции "козырная карта". Российские генералы от науки до сих пор упорно отпираются даже от давно ставшего очевидным фактом подготовки Сталиным агрессии против Гитлера летом 1941 года. Как можно догадаться, еще упорнее (с пеной на губах и криком, переходящим в тяжелый хрип) они отрицали бы правильность моей теории".

Есть, есть такое доказательство, Андрей Михайлович. И обнаружить мне его удалось не в архивах КГБ-ФСБ, куда мне, понятно, хода нет, а в открытой советской печати. Это парадоксально, но это факт.


Журнал "Новый мир" и его знаменитый редактор Александр Твардовский.

В московском популярном литературном журнале "Новый мир" в первом и втором номерах за 1967 год были опубликованы воспоминания советского ученого и государственного деятеля, одно время даже работавшего председателем Государственного комитета Совета Министров СССР по использованию атомной энергии, Василия Семеновича Емельянова. Мемуары назывались незатейливо: "О времени, о товарищах, о себе" и имели скромный подзаголовок "Записки инженера". Так вот, Василию Емельянову хорошо запомнилось 22 июня 1941 г. В тот день, первый день отпуска, он вместе с семьей уезжал в Сочи в санаторий. В разделе "Дни войны" автор пишет:

"Поезд отправлялся из Москвы в одиннадцать часов с минутами. В десять часов утра я запер квартиру и, поворачивая ключ в замочной скважине, услышал телефонный звонок. Ну нет, дудки, я уже в отпуске и никаких телефонных звонков слушать не буду".

Отметим, что партийных и хозяйственных функционеров среднего звена в Москве начали обзванивать примерно в десять утра. Однако Емельянов, ничего еще не зная, поспешил на поезд:

"В нашем вагоне народу было немного. В соседнем купе ехал - также, видимо, на отдых - полковник, а через купе от нас - работник Совнаркома. Он ехал в тот же санаторий, что и мы.
Перед Курском полковник стал собирать вещи. Когда я проходил мимо его купе, он спросил:
-Вы не сходите в Курске?
-Нет, мне дальше.
-И мне тоже нужно было дальше, но вот приходится сходить.
-Что же делать, раз нужно, то нужно. Разные бывают обстоятельства.
Полковник недоуменно посмотрел на меня.
-Вы что же, ничего не знаете?
-А что такое?
-Мы вступили в войну с Германией! Немецкие войска перешли границу. Идут бои.
Это было как удар обухом по голове".



Советские люди 22 июня 1941 года слушают выступление министра иностранных дел СССР В, Молотова

К этому времени по радио уже передали обращение В. Молотова к советскому народу. Полковник каким-то образом об этом узнал, а остальные пассажиры в вагоне, получается, - нет. Теперь о начале войны знал и В. Емельянов:

"Я решил сойти в Харькове: там у меня были знакомые, оттуда мне легче будет добираться до Москвы. К тому же сходить в Харькове решил и мой второй сосед по вагону, работник Совнаркома. В Белгороде поезд остановился, и в соседний вагон сел новый пассажир. Мы стали расспрашивать его о новостях, и он подробно рассказал нам все, что знал сам".

И вот этот удивительный рассказ:

"-Сегодня в шесть утра я сам слушал радиопередачу, - говорил он. - В Германии государственный переворот. Гитлер арестован. К власти пришло правительство Риббентропа. Советские войска вошли в Варшаву. Новое правительство Германии просит перемирия..."

Тут же В. Емельянов добавляет:

"Мы слушали его и верили всему, что он говорил. Верили потому, что для нас война все же была полной неожиданностью. К тому же все мы находились под впечатлением так легко закончившихся военных операций в Польше".

Странная каша в голове у советского человека. Начавшаяся война, которую все ждали, как что-то неизбежное, оказалась неожиданной, а "освободительный" поход Красной Армии осенью 1939 г., когда удалось оттяпать большие куски Польши, понравился. Но вернемся к новости, озвученной пассажиром. Итак, Гитлера должны были устранить до 6 утра 22 июня 1941 года. Не думаю, что пассажир из Белгорода распространял слухи. Держать язык за зубами советские люди крепко научились в 1937-38 годах. Неразбериха первого военного дня? Нет, особой неразберихи внутри страны не наблюдалось. Новый попутчик В. Емельянова называл конкретные детали: 6 часов утра, сообщение по радио.
Представить, что кто-то на советском радио внезапно понес отсебятину, выдал в эфир материал без разрешения сверху - категорически невозможно. Значит, данное сообщение с конкретным указанием, когда его озвучить, было доставлено сюда раньше. А когда? Думаю, что за пару часов до того. Еще такой момент. Речь идет об отстранении Гитлера от власти (все же, точнее, об устранении из жизни), то есть о сверхсекретной операции, а тут пакет с важнейшей информацией приносят на радио. Как это понимать? Понимать надо так, что к тому моменту в Москве твердо предполагали, что акция перешла в заключительную фазу и ее уже никак не остановить. Вероятно, соответствующие люди в столице СССР были железно уверены, что Гитлер мертв (арестован... ну, как-то не очень верится, ведь арестованного могут освободить - и что тогда?). Теперь, что касается советской армии, якобы вступившей в Варшаву. Предполагаю, что это начали бы (поначалу) шум-гам диверсионные группы, которые во множестве забрасывались на оккупированную немцами польскую территорию в первой половине 1941 г. Не верить Василию Емельянову нет никаких оснований, человек солидный, и посчитал, что 22 июня 1941 г. - такой день, что важны все, даже самые мельчайшие детали. Правильно посчитал. Интересно, что цензура, которая плотно давила "Новый мир" в то время, видимо, к Василию Семеновичу особо не придиралась, да и упомянутый выше эпизод, наверное, посчитала за курьез первого военного дня.
Вот он, момент истины, Андрей Михайлович. Все сходится. Не зря же так настойчиво и безуспешно пытался разыскать Риббентропа советский посол в Берлине Деканозов 21 июня 1941 года. Гитлеровский министр иностранных дел, который в Москве чувствовал себя, как среди старых товарищей по партии, вероятно, дал поначалу согласие участвовать в заговоре против фюрера, а потом передумал. Кстати, может, именно поэтому Риббентропа первого потом повесили в Нюрнберге. А война с 22 июня 1941 года пошла совсем не такая, какая планировалась в кремлевских кабинетах.

Фото: Гугл

Tags: Война, История, СССР, Совершенно секретно
Subscribe

promo jurikan may 8, 2020 14:57 Leave a comment
Buy for 10 tokens
О Петре Ивановиче Шило-Таврине на сегодняшний день написаны гигабайты статей и очерков, сняты документальные фильмы. Ну, как же. Один из самых крутых диверсантов времен Великой Отечественной войны, получивший задание совершить покушение на самого товарища Сталина... Увы. Все это — не слишком умело…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments