jurikan

Category:

Юрий Комягин: Как Евгений Евтушенко тайну Роберта Рождественского приоткрыл

Я уже здесь ссылался на книгу Соломона Волкова «Диалоги с Евгением Евтушенко» (М., 2018). О, это прелюбопытная книжица! По сути дела, она представляет из себя последние мемуары Евгения Евтушенко.. Евгений Саныч кое-что воспоминательного и раньше оставил, но это оказалось итоговым. 

Евгений Саныч (спиной к нам) беседует с Соломоном Волковым. Фото: Гугл.
Евгений Саныч (спиной к нам) беседует с Соломоном Волковым. Фото: Гугл.

И вот что Е. Евтушенко рассказывал про своего товарища по перу — Роберта Рождественского. Оба поэта на рубеже 50-х учились в Литературном институте имени Горького в Москве, оба жаждали славы и успеха. И вот что Е. Евтушенко рассказывает С. Волкову:

Роберт Рождественский — еще до того, как появилось официальное сообщение об аресте врачей, пошли только нехорошие слухи и стали закрывать аптеки, — тоже написал поэму. И тоже о врачах-убийцах.

Хдесь на секунду прерву цитирование. «Тоже» в данном случае означает, что и Евтушенко в ту пору не чурался подобной тематики. Идем дальше:

И мы в Литинституте обсуждали на семинаре эту поэму. Ее даже набрали в «Комсомольской правде», она занимала большую полосу. А потом — вдруг замолчали, остановились.

Казалось бы, почему? Самая злободневная тема на тот момент. И почему, собственно, звонким поэтическим словом не пригвоздить подлых убийц в белых халатах к позорному столбу? Но вернемся к Евгению Санычу:

Так вот Роберта неожиданно вызвали в «Комсомольскую правду». Почему? Я никогда об этом с ним не разговаривал, он никогда не говорил об этом. Но все знали, что его поэма вот-вот выйдет. Даже стали уже говорить, что ему премию Сталинскую дадут. Он сразу взлетел у всех в цене. И вдруг — поэма не вышла! Хотя подряд уже выходили разоблачительные статьи в разных газетах...

И дальше Е. Евтушенко извлек из своей памяти следующее:

И вот Роберт вернулся из «Комсомолки» и почему-то вовсе не ходил гоголем, а наоборот — молчал, никому ничего не говорил. И, несмотря на наши близкие отношения, даже мне — ничего... Так никто и не знает, что у него за разговоры были в «Комсомольской правде», почему поэма не вышла. А впереди было, наверно, еще месяца два, пока продолжалась вся эта кампания...

Ну и еще немного цитат:

Я никогда с Робертом об этом не заговаривал, а он не заговаривал со мной. И никогда нигде не было напечатано, что такая поэма вообще у Рождественского существовала. Ни одним из его биографов. Ни в одной из его книжек. Я понимал, что ему было бы неприятно, если бы я начал разговор об этом. Ну, раз человек сам не заговаривает, у него, очевидно, есть основания. А потом я понял, долго анализируя. Я понял, что его наверняка вызвали туда только с одной целью: чтобы проверить снова, нет ли там каких поправочек, может. А он сам по какой-то причине отказался.

Такая вышла история с поэмой. Очень любопытный штришок ушедшей эпохи сделал для нас Евтушенко. То ли похвалил своего друга, то ли малость пожурил, а, может, то и другое вместе. Но давайте взглянем в то разудалое времечко с пристальным прищуром из нашего свободного далека. Что же мы видим? Молодой поэт пишет не какой-нибудь махонький стишок на три строфы, а целую поэму. И эту поэму принимает к печати не какая-нибудь колхозная многотиражка, а главная молодежная газета страны. Сколько места могла занять поэма? Полосу? Или полполосы? Или, может, большими «подвалами» публиковалась бы в нескольких номерах?

В любом раскладе для молодого поэта (студента!) — это грандиозный успех. Даже если бы дело ограничилось только публикацией. Но не зря же пошли разговоры о возможном присуждении поэту Сталинской премии. С лауреатским значком ты вообще сразу же взлетал на вершину творческого успеха. Короче, одни сплошные плюсы. Ах, тема с душком. Вы о чем? А какие темы были в советские времена без душка?

Тем не менее, поэма, уже набранная в типографии, так и не появляется на газетной полосе. Е. Евтушенко предполагает, что Р. Рождественский сам отказался от публикации. Может, по семейным причинам, может, еще по каким. Подождите, это как? Что значит — отказался? Все вокруг клеймят позорных врачей-отравителей, а советский поэт в этой благородной кампании участвовать не желает, морщит нос. Да не идеологический ли враг затесался в наши стройные ряды? Нет, не мог поэт Рождественский отказаться от публикации.

Другая штука мне здесь видится, совершенно другая. Давайте представим себе, что такая поэма была бы опубликована. Скажем, в конце 1952-го или в начале 53-го. Орден — Лидии Тимашук, Сталинскую премию — Роберту Рождественскому. А через месячишко-другой вдруг выясняется, что советские врачи вовсе никакие не отравители. Что потом для РР? Высоко взлетаешь — больнее падать. Что бы дальше произошло с его поэтической карьерой? Вознесся бы он до тех высот в СССР, как потом случилось, или крылья были бы переломаны навсегда еще в 50-е?

Так вот, я предполагаю, что РР вызвали, возможно, в «Комсомолку», возможно, в какое-то другое место и ненавязчиво посоветовали с поэмой не торопиться, чуток обождать. Получается, что кто-то уже тогда знал (или очень сильно предполагал), что ситуация в стране может очень резко поменяться. И поэт РР, молодой, талантливый, уже привлекший внимание читателя, был нужен тем, кто собирался стать у руля страны. Для идеологического обеспечения разных последующих мероприятий, для написания стихов, которые бы возвеличивали другую эпоху. Разве не могло быть именно так? Вполне.

А к ЕЕ и к его беседам с СВ я еще вернусь. Там осталось еще кое-что любопытное.

promo jurikan july 26, 2015 15:34 4
Buy for 10 tokens
25 июля - день смерти Владимира Высоцкого и день рождения Василия Шукшина. Василию Макаровичу вчера могло бы исполниться 86 лет. Однако он умер довольно молодым - 2 октября 1974 г. Это случилось на съемках фильма "Они сражались за Родину". Съемочная группа жила на теплоходе "Дунай". превратившимся…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic