jurikan (jurikan) wrote,
jurikan
jurikan

Category:

Юрий Комягин: Рассказы королевского города Гродно-2

Сегодня пришла пора завершить публикацию рассказа гродненского литератора Александра Романова "Женщина без имени". Начало см. http://jurikan.livejournal.com/101657.html Рассказ, написанный в королевском городе Гродно, действие происходит в Гродно, персонажи - реальные гродненцы, о которых я расскажу ниже.


СССР образца 1984 года. Из дому надо было выходить с авоськой, такой плетеной сеткой. Авось по дороге наткнешься на какой-нибудь дефицит. Вот и товарищу повезло на заморский (или абхазский) фрукт.
Фото: Гугл.



Александр РОМАНОВ. Женщина без имени (окончание)

Мои размышления прервал Серж.
- А я поставлю кабанское слово «Хрю». И обломил на нем 51 очко.
Возмутился Женька. - Неужели в словарях есть такое? Проверили. Слово «хрю» в словаре было, и Серж на радостях изобразил это междометие, издав звук вепря, нашедшего гнилой желудь в голодный год. Вышло очень похоже, и рассмеялся даже Сашка, который почему-то был грустен и задумчив. Он был единственным в нашей компании, кто спал с Танькой, но предпочитал о подробностях помалкивать. Похоже, что связь эта была в свое время не случайной и не мимолетной.
Колумба ушел, а мы стали сбрасываться «по рублю». За вином побежал Женька: денег у него не бывает даже тогда, когда он работает, а в данный момент он опять был клиентом биржи труда.
Не успели мы поднять бокалы с кроваво-красным молдавским «Жоком», как за окном я увидел Таньку. Она стремительно отворила калитку и спортивной походкой шла к двери. Что-то горячее обдало меня изнутри: я все-таки любил и хотел её до безумия.
- Привет честной компании, - весело воскликнула она и по-мужски пожала мне руку. Рука была теплая, сухая и сильная. Ничего обещающего в этом рукопожатии не было.
Серж сразу начал хамить. У него удивительная манера говорить гадости, невинно глядя в глаза своей жертве.
- Какая женщина! Неплохо бы познакомиться с ней в постели.
- В последнее время я воздерживаюсь от таких знакомств, - ответила Танька. Было заметно, что мои гости ей не нравятся, но хозяином был я. Приходилось терпеть.
Я принес еще один фужер, налил вина. Танька скривилась, но все же пригубила.
Санька сидел насупясь. Его лицо ничего не выражало, но я знал, какая буря страстей и мыслей кипела в нем. Впрочем, мне было не до него. Роль хлебосольного хозяина утомительна, а я хотел женщину. Я мысленно раздевал Таньку, и от этого кружилась голова.
К счастью вино быстро кончилось. вероятно все поняли мое состояние и стали незаметно исчезать. Первым ушел Серж, сказав на прощание очередную гадость. Следом стал одеваться Сашка.
- Уже уходишь? - спросил я. Вопрос прозвучал фальшиво и Сашка заторопился. Поднялся и Женька. Мы остались с Татьяной наедине.
- Что-то устаю я от людей, - сказала она.
Я промолчал. Говорить о своей любви было бессмысленно, а поддерживать светский разговор не хотелось. Все же я сделал над собой усилие, и началась долгая неторопливая беседа. Я читал свои новые рассказы, бранил Таньку за творческую импотенцию, но в глубине души решал лишь одну проблему: как добиться того, чтобы Танька ответила мне взаимностью. Я видел в ней не друга, а женщину и мне хотелось говорить не проблемах русского верлибра, а молча ласкать её обнаженную грудь, гладить её волосы и целовать, целовать, целовать...
- Слушай, мы заболтались, - вдруг спохватилась она. - Как же быть с ночлегом? Троллейбусы уже не ходят.
- Оставайся здесь, - сказал я. Мне стоило неимоверного труда произнести эти слова.
................
Утром, сквозь тяжелую, опиумную одурь сна я услышал, что Танька одевается и уходит. Я даже не раскрыл глаз. Это уходили два года моей жизни - и у этих двух лет не было уже ни имени, ни названия.
19 - 21 июля 1984 года.


Боже мой, я же их всех знал. С июля 1984 года прошло, ох, страшно сказать, почти 33 года. Автор рассказа Саша Романов умер в 2005 от инсульта. Женька, милый Эжен Блю, был убит при невыясненных обстоятельствах в конце 90-х (я обязательно расскажу о нем подробнее). Писатель Сашка - Александр Захаревич - умер от инфаркта (вроде бы несколько лет назад); инфаркт этот был третий или четвертый, а при первом я присутствовал. Все происходило на романовской квартире, на шумном застолье. После очередного тоста Захаревич, морщась, сообщил мне, что как-то что-то ему в спину колет. Вскоре он решил ехать домой, на улицу Суворова, а я вызвался его провожать. Поехали в вечернем полупустом троллейбусе, еще о чем-то болтали. А назавтра я узнал, что Сашку "скорая" увезла в реанимацию. Но тогда он выкрутился. Вообще, Александр Захаревич - довольно самобытный гродненский прозаик. У меня сохранилось пару его рассказов, и я тоже расскажу о нем подробнее. Колумба, колоритный товарищ по фамилии Глембоцкий, обладавший в советские(!) времена самой большой в Гродно коллекцией видеопорнухи, свалил еще в перестроечные времена в Израиль, где и доныне (наверно) пребывает. Каких-либо сведений о нем у меня нет. Та самая Танька - это Татьяна Ц., некогда жительница Новогрудка, а теперь - Варшавы, с Александром Романовым у нее сложились классические отношения в стиле "любовь-ненависть" (подробности одной необычной истории - с меня впереди). Наконец, Серж. Друг детства Романова, его "коллега" по протесту в 1968 году, диссидент и "сидент" Сергей Коленченко, ныне - пенсионер. Недавно мы с ним пересеклись в славном районе улицы Врублевского и бульвара Ленинского комсомола в Гродно, договорились о встрече. Так что, пока поставим маленькую точку.

Tags: Беларусь, Литература и жизнь, СССР
Subscribe

promo jurikan may 8, 2020 14:57 Leave a comment
Buy for 10 tokens
О Петре Ивановиче Шило-Таврине на сегодняшний день написаны гигабайты статей и очерков, сняты документальные фильмы. Ну, как же. Один из самых крутых диверсантов времен Великой Отечественной войны, получивший задание совершить покушение на самого товарища Сталина... Увы. Все это — не слишком умело…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments